декабрь 2014
    1 2 3
4
5
6 7 8 9 10
11
12
13 14 15 16 17
18
19
20 21 22 23 24
25
26
27 28 29 30  
 
 




Наша кнопка:
Пресс-центр Михаила Ходорковского

Новости по делу Платона Лебедева

Политические новости

Генеральная прокуратура РФ

Дело




Рейтинг@Mail.ru
Rambler's Top100


А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я 
Как добывали «Золото ЮКОСа»

Почему Егор Гайдар выписал индульгенцию Ходорковскому и его компании. Расследование пресс-центра «Приговор»

Пару недель назад в журнале «The New Times» появились «анализы» новых обвинений руководителям ЮКОСа, выданные директором Института экономики переходного периода Егором Гайдаром и президентом Института энергетической политики Владимиром Миловым. Ныне институтские работники, в прошлом представители российской власти, ненавязчиво рассказывают читателю, что следователи в отличие от них, не умеют считать «деньги ЮКОСа», которых, собственно говоря, и не было. Как золота партии. Что-то вывезли ребята за рубеж, но что и конкретно сколько – не дело бездарных «следаков». Пресс-центр «Приговор» так же решил принять участие в поисках «золота ЮКОСа», а заодно рассказать читателям, что его местонахождение – «тайна Полишинеля».

Егорино горе


Директору Института экономики переходного периода Егору Гайдару все прогрессивное человечество должно посочувствовать. Бывший «отец русской демократии», словно Ипполит Матвеевич, растерявший свой политический капитал в условиях новой исторической формации, методично прессуется подросшими «цветами» своих собственных реформ – «прогрессивными демократами» Мариной Литвинович и ее друзьями по «псарне». Пиар-партии, разыгрываемые на псевдодемократическом фланге российской политики «тенью Леонида Невзлина», «великому комбинатору» Гайдару и не снились. Побеждает, как говорится, молодость. Безмерно егорино горе.

Это к тому, что, как же все плохо было еще два месяца назад. Еще хуже было в конце прошлого года. И совсем мерзко было в Ирландии. После ирландской отравительной лекции Гайдар кое-как оклемался в российской больнице. А 29 ноября 2006 года написал Джорджу Соросу письмо, в котором назвал Березовского человеком, не имеющим моральным принципов. Если и писал это подметное письмо демократический лидер о «демократической тени», в чем есть глубокие сомнения, то вряд ли стоило называть Березовского человеком. Иначе что же могло так смертельно задеть пиартехнолога Леонида Невзлина Марину Литвинович? Со скоростью 100 копий в секунду девушка разослала нужным людям по Москве написанный, не исключено, что и собственной рукой, рассказ Гайдара с пометкой в строке «Тема» - «Судьба барабанщика». Над судьбой «барабанщика» Гайдара тут же заработали маленькие «умпы-лумпы» большой «шоколадной» фабрики Леонида и Бориса.

«Я к Березовскому плохо отношусь, но такие письма — запредел какой-то, вне зависимости от того, против или за кого они…», - отрекомендовала себя Литвинович и еще пару недель дружная «псарня» лаяла на Егора Тимуровича за подозрения в адрес ангела Березовского, за его мерзкое ябедничество «прокремлевское». Вы представляете, чтобы нормальный политтехнолог сегодня мог работать без появления таких «запредельных» писем Гайдара? Естественно, как интеллигентный человек, Гайдар смутился, тем более, если ради тебя затеяли такую кампанию и просят, в конце концов, уже определиться – с кем ты в этот «народно-освободительный» час. История эта постепенно стала забываться, в России, наконец-то выпал снег, стало не так уж все и плохо, но, как говорят, в таких случаях, осадок остался. Потерял Егор Тимурович в лице общественности доверие, как к человеку с приятной округлостью лица.

«Не расстраивайся, дедушка!», - не исключено, что передала и сама глубоко расстроенная Литвинович Гайдару. – «Зато, ты считаешь хорошо! Ходорковского и Лебедева обвиняют в хищении 22 млрд. долларов. А мы как считать будем?». И пришли к Гайдару случайно проходившие мимо адвокаты Ходорковского, и был счет. Ничейный, но взаимовыгодный. И была общественная реабилитация Гайдара в журнале «The New Times», к счастью, усилиями Литвинович и ее «умпа-лумпов», не посмертная. И все стало «в шоколаде» в псевдолиберальном и либеральном политбомонде. И вернул себе приятную округлость лица Егор и избавился от своего горя.

Правила «протянутых ног».

Журнальная статья, правда, осталась. О ее содержании теперь и речь пойдет. Уже в самом начале своего «анализа» Гайдар, не желая «входить» в юридические детали обвинительного заключения», ловко подменяет его суть. Бывший премьер-министр пишет, что обвинение состоит из двух частей: первой - создание частной компании ЮКОС и второй – «…использование ЮКОСом механизмов трансфертного ценообразования для сокращения налоговых обязательств». Хотелось бы поправить некогда маститого политика. Суть обвинений «не в использовании механизмов», а в мошенничествах с этими механизмами. Это две большие разницы.

Что такое трансфертная цена? Трансфертная или же корпоративная цена призвана обеспечить оптимизацию взаиморасчетов внутри компании. Своего рода корпоративная цена – это законный механизм против двойного, тройного налогообложения, поскольку сырье, а затем нефтепродукт до конечного рынка проходит через целый ряд разнопрофильных фирм одной организации. Можно использовать трансфертную цену для минимизации налогообложения, а можно и не использовать. Может быть 90% продаваемой нефти, как пишет Гайдар, в 1999 году и реализовывалось по трансфертным ценам. В этом ничего страшного нет, если компания намерена платить налоги либо с переработки, либо с продажи нефти. Если же компания, вообще, не собирается ничего платить – это преступление. Так что ссылка Гайдара на разъяснения Минэкономики РФ от 18 августа 1999 года о том, что «…для целей налогообложения принимается цена товара, работ или услуг, указанная сторонами сделки» и «именно это делал ЮКОС», в данном случае не уместный пример и умозаключение. Должный объем налогов не платили ни реальные, ни подставные компании Ходорковского.

Так же использовавшие трансфертные цены такие компании, как например, «Сургутнефтегаз» или «Лукойл», платили налогов в несколько раз больше, чем гигант отрасли ЮКОС. Фирма у своей 100% дочерней компании покупала нефть, скажем по 300 рублей. Потом добавлялась стоимость переработки, и с этих денег уплачивался, скажем, формальный налог. Получая дешевый нефтепродукт, компания продавали его по рыночным ценам. Уплата налога могла происходить по двум схемам. Во-первых, налог мог быть уплачен на конечном этапе – продаже. Там компания закладывала прибыль, и, следовательно, там надо было платить налоги. Можно было заложить высокую цену на извлекаемую нефть и здесь заплатить налоги при продаже нефти от добывающего предприятия либо трейдеру, либо головной управляющей компании. В этом случае переработка не приносит прибыли, а расходы и налогооблагаемая база практически не меняются.

Как сообщалось в газете «Аргументы и факты», при установленной законом ставке налога на прибыль в размере 24% посредством налоговых «оптимизаций» в 2002–2003 гг. реально уплачивались налоги в размере не более 7,3%. ОАО «ЛУКОЙЛ», сравнимая по капитализации с ЮКОСом, в 2002 году заплатила налогов в 7 раз больше, чем ЮКОС. При выручке 432,392 млрд. рублей уплаченный ею налог составил 21,190 млрд. рублей. А у НК ЮКОС при выручке 295,729 млрд. рублей выплаты по налогу на прибыль составили всего лишь 3,193 млрд. рублей. «Сургутнефтегаз» при выручке 163,652 млрд. заплатил налог на прибыль в размере 13,885 млрд. рублей. Столь «странный» разрыв в финансовых показателях нефтяных компаний «отец русской демократии» не комментирует, ограничивая пытливость своего ума периодом до 2001 года. После 2001 года все только и начиналось, хочется просветить экономиста.

Воровской практикум ЮКОСа.

Где же все-таки конкретная подмена трансфертного ценообразования мошенничеством, спросите вы. Попробуем разобраться. ЮКОС тратил на добычу 1 тонны нефти, скажем, 200 рублей. Когда эта нефть попадала на завод ее стоимость, условно говоря, равнялась 201 рублю. Что бы завод свел концы с концами, однако, работал бесприбыльно, он должен был перерабатывать тонну за 214 рублей. Далее условный продукт поступал на внутренний или экспортный рынок. На внутреннем рынке, не говоря уже о внешнем, продукт стоил уже в десятки раз больше.

Если компания не платила до продажи на рынке своего продукта налога, минимизировала его, то сейчас то заплати с этой, что называется, «конской» разницы причитающееся. Если ты платишь государству при продаже своего продукта налог, то государство будет тебе говорить спасибо за пополнение бюджета и социальную ответственность. Оно будет строить дороги, поселки нефтяников, брать на себя социальное обеспечение детей, стариков, а так же врачей, учителей и т.д.

Обман руководства ЮКОСа заключался в том, что ни в начале «на скважине», ни на конечном этапе, используя трансфертные цены, подложные вексельные, банковские операции никто ничего не платил. Через компании-«прокладки», которые в офшорах так же платили налог с шести рублей, уводилась вся прибыль. ЮКОС поменял понятие не только ответственного бизнеса, но и бизнеса как такового. И сегодня г-н Гайдар, выписывая индульгенцию Ходорковскому, утверждает, что так все и должно было быть!

Мошенничество происходило, как экономическое, так и общественное. Купленные руководством ЮКОСа чиновники втюхивали российскому Правительству: «ЮКОС выставлял продукт на тендер, а его никто не взял кроме как за 200 рублей». На самом деле никаких тендеров не проводилось. Набранные с улиц учредители и руководители внутрироссийских офшоров даже никогда не видели столицу своей родины, не говоря уже о том, чтобы участвовать в нефтяных торгах. Секретарь специализированного отдела, которая должна была вести протокол таких торгов, дала показания в деле Переверзина и Малаховского, что распоряжения о том, кого вписывать в качестве победителей очередных торгов получала от директора дирекции по торговле и транспортировке нефти, и.о. вице-президента «ЮКОС РМ» Михаила Елфимова. Он на протяжении нескольких лет подписывал подложные документы, позволяющие реализовывать продукцию «Юганскнефтегаза» и «Томскнефти» компаниями Малаховского, Вальдес-Гарсиа и других директоров «виртуальных» «операционных» компаний ЮКОСа. Почему господин Гайдар не комментирует честность проведения этих аукционов?

Самое главное, что все внутриюкосовские контракты с подставными организациями целенаправленно уничтожены. Если ЮКОС работал по корпоративным ценам, что почти в заслугу ставит руководству компании Гайдар, не нарушая закона, то зачем топить документы? Налоговая служба два года разбиралась с оффшорными схемами ЮКОСа. Благо остались свидетели и удалось восстановить межбанковские расчеты.

Не пойман – не офшор!?

Вторая часть «юкосовской» схемы или же качественно иное продолжение первой – это прокрутка денег в офшорных зонах. Государство создавало их в надежде появления российских «силиконовых долин». Действительно, не один ЮКОС использовал их в своих интересах, так что же, теперь закрыть глаза на то, что делал менеджмент этой компании? Ведь ни одной нормальной фирмы в офшорах ЮКОС так и не создал. Компании, прокручивающие многомиллиардные суммы, имели два стула и стол. Создание офшорных фирм для развития компании, региона, страны, увеличения товарно-денежного потока, получения прибылей – это не нарушения закона. Но зачем же так грубо подменять понятия? В том то и дело, что фактически этих «юкосовских» офшоров не было. Они существовали и вели деятельность только на бумаге. Не было товарно-денежных потоков, не было нефтяных вышек в Мордовии - республике, где из всех природных ресурсов есть только артезианская вода, мел и мергель – сырье для производства цемента. Если г-ну Гайдару сказать «халва», интересно, станет у него слаще во рту? Как может человек не с одним высшим образованием - мошенничество – называть оптимизацией налоговых отчислений? Вот уж действительно, г-н Гайдар «не стал входить в юридические детали».

Что касается, государственных нормативных актов, обязывающих устанавливать экспортные цены на уровне мировых, то появились они в 2001 – 2002 г.г. К изменению ситуации периода 1998 – 2000 г.г. много усилий приложила налоговая служба. Появившиеся правительственные постановления, не запрещали корпоративные цены, но регламентировали налогообложение. С каждой добытой тонны государство предписывало иметь определенный объем налогов. Государство ориентировалось на рыночные цены и устанавливало налоговую планку, ниже которой платить было нельзя. Цены росли ежемесячно, гибкости у подобных постановлений не было, они не успевали за рынком. Однако, государство, создав механизм регулирования, доводило его до ума. Что делал ЮКОС? Превышал лимиты добычи сырья и занижал отчетные показатели. В то же время, никому не давали посчитать, сколько и чего закачано в трубу. За это сегодня уже осужден гендиректор «Самаранефтегаза» Павел Анисимов и главный бухгалтер предприятия. Бывший директор «Томскнефти» Сергей Шимкевич по тем же самым обвинениям взят под стражу. В отношении него уголовное дело только расследуется.

В те же 2001 - 2003 г.г. ЮКОС активно продает нефть через российские офшоры по корпоративным ценам кипрским офшорам Переверзина «Routhenhold Holdings Limited» и «Pronet Holdings Limited». Налоги не платятся ни в России, ни за рубежом. Что это, как не замалчивание о конкретных фактах преступлений Ходорковского в обвинительном заключении Генпрокуратуры в «анализе» г-на Гайдара? Уже поменялось правовое поле, отношение государства к нефтяным схемам, но руководство ЮКОСа, несмотря ни на что, продолжает нарушать закон вплоть до 2004 года.

Кстати, юристы аудиторской компании «ПрайсвотерхаусКуперс Аудит» (PwC) 20 марта в Арбитражном суде Москвы доказывали суду и всем собравшимся, что ЮКОС нарушал финансовую отчетность за 2004 год. Специалисты, в оценках деятельности, не сошлись с позицией руководства нефтяной компании по 9 пунктам. Юристы заявили, что аудиторские договоры, выполненные «ПрайсвотерхаусКуперс Аудит» в 2002 и 2003 гг. были сделаны на основе не соответствующих действительности данных, предоставленных компанией. Правда, запоздалое «открещивание» от осведомленности о грехах ЮКОСа не помогло аудитору в судебной тяжбе с налоговиками. Суд признал недействительными договоры на оказание услуг, посчитав, что специалисты «ПрайсвотерхаусКуперс Аудит», составляя заведомо ложные заключения, потворствовали налоговым преступлениям руководства компании. «Убежден: в то время, к которому относятся сюжеты обвинительного заключения, в соответствии с действующим законодательством эти сделки были легальными», - пишет 5 марта Гайдар. Стоит ли комментировать убеждения «эксперта», если сам аудитор сегодня утверждает, что ЮКОС нарушал законы?

Милов бранится, нефтяники только тешатся…

О президенте Института энергетической политики Владимире Милове адвокаты Ходорковского узнали отнюдь не по походке, а, если хотите, по наводке. Так называемый президент Института, в прошлом советник министра энергетики РФ, а затем (в мае – октябре 2002 года) и заместитель министра энергетики в последнее время комментирует все, что тем или иным образом плохо прокомментировали «невзлинские» политтехнологи. Через два дня после появления статьи-индульгенции Ходорковского в журнале «The New Times», Милов опубликовал в «Ведомостях» еще одну статейку, в которой назвал «мюнхенскую» речь президента Владимира Путина «недипломатичной», и заметил, в частности, что Россия «держится на плаву за счет реформ 90–х годов». Надо так понимать, за счет реформ «соратника» Милова Егора Гайдара, «приватизации по Чубайсу» и варварской раздачи государством нефтяных активов. Вот, оказывается, за счет чего существует сегодня Россия. Действительно, не вся власть устраивает сегодня российских граждан. На этом фоне, откровенно радует, что такой человек, как Милов не задержался в ней, поскольку является одним из тех «специалистов», по чьей милости мы имели в прошлом ту экономику, за счет которой процветали схемы «юкосоподобных». Неудивительно, что к такому «специалисту» обратились адвокаты Ходорковского. Какая разница, что комментировать – уголовное дело, газовое противостояние России и Украины или европейские стандарты автомобильных выбросов? Особый шик – провести «анализ» многотомных обвинений на пяти журнальных страницах.

«Анализ» обвинительного заключения Генпрокуратуры, сделанный Миловым, показывает, что так извращенно подходить к топливно-энергетическому комплексу страны может только человек, которому до реальных проблем нефтяников столько же дела, сколь и до Луны. Милов пишет: «… утверждение, что добывающим подразделениям компании ЮКОС («Юганскнефтегаз», «Самаранефтегаз», «Томскнефть» и др.) был нанесен «экономический ущерб» за счет «принуждения к продаже нефти по заниженным ценам», бездоказательно без анализа…По имеющейся информации, в течении всего рассматриваемого периода сами эти предприятия работали с хорошей прибылью, то есть, если даже их лишили каких-то средств, это не привело к негативным финансово-экономическим результатам их функционирования». Анализа, видимо, действительно, уважаемый эксперт не проводил, а информация у него имеется из «приходяще-уходящих» источников.

Добывающие предприятия ЮКОСа в период с 1998 – 2005 гг., что называется, были «высосаны», словно мухи пауком, и еще с десяток лет будут очухиваться от подобного менеджерского управления. Прибыль у добывающих предприятий ЮКОСа была минимальна, а еще чаще, добывающие предприятия ЮКОСа были в полных минусах. Причин тому было две: не платить налоги с переработки и «закабалить» добывающее предприятие непосильными внутрикорпоративными кредитами. Надо было потратить предприятию на добычу в месяц 100 млн. рублей – именно 100 млн. рублей ему и давали менеджеры ЮКОСа. Представляете, предприятие в минусах, а «добрые» ребята из управляющей компании давят на руководство и предлагают ему покрыть порой не просто издержки, а, как правило, многомиллионные мистические долги. Таким образом, деньги добывающих предприятий уходили не на обновление оборудования, капвложения в фонд скважин, а на покрытие процентов по «кабальным» кредитам. Гендиректор «Юганскнефтегаза» Гильманов в деле Переверзина и Малаховского дал показания, что реализацией добытой предприятием нефти полностью занимался «ЮКОС – ЭП». Гильманов получал из ЮКОСа договора, в которых уже была прописана компания-покупатель («однодневка» Малаховского или Вальдес-Гарсиа) и цена, реализуемой нефти («корпоративная», не рыночная). Руководству предприятия даже не позволялось обсуждать вопросы о цене сырья. Всю жизнь нефтеюганским нефтяникам было суждено работать, как тому парню, «на лекарства» и погашение выданных ЮКОСом кредитов.

Помимо прямых финансовых, предприятиям ЮКОСа были нанесены инфраструктурные убытки. Проекты эксплуатации месторождений добывающими предприятиями «талантливыми» менеджерами ЮКОСа нарушались вопреки всем технологическим и природовосстановительным государственным стандартам. Особо активно этот процесс продолжился, когда Ходорковский собрал американо-английскую команду во главе со Стивеном Тиди. Иностранные «юкосовцы» без зазрения совести закрывали нерентабельные скважины, хотя по всем нормам при разработке месторождений для сохранения целостности пластов, делать это категорически запрещается. Для увеличения отдачи скважин повсеместно стало практиковаться применение специальных реагентов для повышения выхода нефти. После короткого периода повышенной отдачи, месторождение переставало функционировать. Охрана недр, которая компенсируется большими затратами на капстроительство, полностью игнорировалась.

Предприятия, не имеющие доходов, не строили дороги, поселки, новые базы, не вкладывались в социальное обеспечение. В то же время, закабаленному долгами предприятию банкротиться никто не давал – кто будет тогда производить нефтепродукты? Добывающие предприятия ЮКОСа превратились в трупы, поддерживаемые в вертикальном положении руками «талантливых менеджеров» компании. Преследуя варварские цели, Ходорковский всадил «Юганскнефтегазу» убытки на 6 млрд. долларов. Якобы, добывающее предприятие брало кредиты. Сегодня за эти мистические долги расплачивается государственная «Роснефть». Предприятие добывало нефть, отдавало ее «на скважине» ЮКОСу, который снимал всю прибыль и отмывал деньги, и после этого нефтяники еще оказывались и должны. И сегодня г-н Милов утверждает, что предприятия ЮКОСа не понесли убытки?! Вы представляете, чтобы таким образом по отношению к добывающему предприятию действовали, скажем, где-нибудь в американском Канзасе, откуда родом бывший президент ЮКОСа Стивен Тиди? Да его вместе с Ходорковским тут же бы вздернули на дереве по суду Линча. И только российский нефтяник при полной запущенности ситуации со стороны государства, как известно, все терпел и «потуже затягивал пояс».

«Если бы добывающим подразделениям была предоставлена большая экономическая самостоятельность, они не смогли бы эффективно конкурировать с крупным, хорошо организованным международным вертикально интегрированным нефтяным бизнесом и немедленно были бы поглощены», - беспокоится о нефтяниках признанный аналитик. - «Поэтому прокуратура абсолютно неправильно — просто от незнания предмета — переоценивает роль добывающих предприятий в производственно-административно-торговой цепочке нефтяной отрасли и недооценивает роль материнской компании — «ЮКОСа».

Если главная задача менеджеров ЮКОСа состояла в умении толково продавать, о чем пишет Милов, то, наверное, они так же гениально умели продавать и воздух? Почему Ходорковский не торговал воздухом? В этом случае перед его гениальностью сняли бы шляпу миллионы людей. На рыночную цену, как на внутрироссийском рынке, тем более, экспортном, менеджеры ЮКОСа оказывали такое же влияние, как Милов на Луну. А для ведения успешного бизнеса в нефтяной отрасли команда подобных профессионалов нужна ничуть не в большей степени, чем для ведения бизнеса в области высоких технологий, производстве сельскохозяйственной продукции или в сфере ЖКХ. О каком менеджменте можно говорить, если у предприятия, например, нет соответствующей технической базы, если не происходят капитальные вложения в производство? О каком менеджменте можно говорить, если из-за плохой организации работы добывающего предприятия от него отворачивается инвестор? И не только слияния и поглощения, и доведенный до степени «пиара» уровень «вертикальной интегрированности» компании интересует инвестора. Для него не менее важны мощности предприятий и гарантии, что завтра его деньги не сгорят на внеплановом выходе из строя оборудования. А нет инвестора – нет развития. Предприятие топит в кабальных кредитах по мистическим долгам «талантливое руководство»….

Безусловно, после приватизации нефтяной отрасли, у добывающих предприятий, так же, как и у компаний, которые их купили, не было опыта торговли на мировом, да и российском рынке. Собственно говоря, это и стало поводом для укрепления мошеннических схем. Какое-то время предприятия пользовались услугами «рыночных брокеров». Однако, компании-добытчики оперативно сформированы трейдерские подразделения, которые научились торговать на рынке. Милов же пишет: «Добывающие предприятия этого делать не умеют (прим. торговать), да и не должны уметь… Если они будут выполнять несвойственные им функции организации продажи нефти на экспорт, это может привести к снижению эффективности экспортной деятельности и обвалу цен….». Хочется добавить, что зато, они не будут обворовывать сами себя, годами нести убытки и выплачивать долги по мистическим кредитам.

Трейдерским подразделениям добывающих предприятий, собственно говоря, никто и не дал честно работать. После покупки Ходорковским «Юганскнефтегаза», а затем «Томскнефти», в компаниях продавленным большинством голосов тут же было введено внешнее управление, которое лишило предприятия возможности распоряжаться сырьем. Сегодня такие «эксперты», как Милов объясняют подобную политику полного подавления подчиненных предприятий, как и Ходорковский: «Вы не умеете торговать! Да и не должны уметь!». А кто, собственно говоря, дал возможность специализированным отделам добывающих предприятий проявить себя? Когда это происходило, чтобы заявлять о неэффективности действий нефтяников? В 1995 году, когда трейдерские отделы в компаниях только формировались, а на инертном, во многом зависящем от государства рынке работали спекулянты?

Если бы, предприятия добываемую нефть продавали не ЮКОСу, а непосредственно на рынок, то сегодня их сотрудники жили бы как арабские шейхи. Однако, вместо простых работяг в шелках и роскоши купаются бежавшие за рубеж «талантливые» менеджеры самой лучшей российской нефтяной компании. Наворовавшиеся, обсосавшие предприятие мошенники из-за границы жалуются на преследование со стороны «путинской хунты», бесстыдно учат «облохотроненых» россиян демократии.

Представленные в обвинительном заключении Генпрокуратуры и удовлетворенные судом исковые требования о возмещении убытков предприятиям ЮКОСа абсолютно обоснованны.

За такие ошибки выгоняют из правительства

Сдавшие «анализы» «эксперты» жалуются, что следователи Генпрокуратуры сравнивают цены, по которым у ЮКОСа покупали нефть подставные компании с ценами на мировом рынке и, исходя из полученных прибылей, высчитывают неуплаченный налог. Милов пишет: «… в 1998 – 2004 гг. ЮКОС технически мог экспортировать лишь 40 – 45% добываемой нефти в лучшем случае… при расчете «упущенных» доходов нефтедобывающих подразделений ЮКОСа нужно было сравнивать стоимость продажи не с мировыми ценами, а с внутрироссийскими…». Примем на веру долю экспортных поставок ЮКОСа, приведенную Миловым. Только почему же мы, вообще, не должны считать истинные прибыли ЮКОСа с этих поставок? Или же и за рубежом «прокладки» Ходорковского торговали продукцией по российским ценам?

Вообще, при продаже на экспорт не существует корпоративной цены. Создается, так называемый паспорт сделки, в котором расписаны все затраты, дисконты и т.д. При прохождении таможни по этому паспорту сделки нечестные людям с тонны нефти ухищрялись воровать до 20 долларов. Поэтому ЮКОС и поставлял нефтепродукты за рубеж «на бумаге» не конкретному потребителю, а своей кипрской прослоечной компании Переверзина. Если речь шла о нефти, то «Routhenhold Holdings Limited», о нефтепродуктах - «Pronet Holdings Limited». В реальности нефть шла потребителю. Но именно компании Переверзина позволяли заполнять паспорт сделки как надо. В этой бумаге цена могла быть завышена, а могла быть и занижена за счет дисконта и издержек. О дисконте чуть позже. Компании Переверзина, «де юре» не принадлежали ЮКОСу, следовательно, не могли участвовать и по этой причине в трансфертном ценообразовании. Компании Переверзина были так же зарегистрированы в зонах со льготным налогообложением и существовали лишь на бумаге. По показаниям Переверзина, все финансовые и иные документы своих компаний он получал из главного офиса ЮКОСа, не имел право вносить туда правки, должен был делать, что ему говорят. Получалось, что ЮКОС. во-первых, не платил налоги в России, во-вторых, с экспортных поставок «операционные» прослойки отчисляли 6 рублей налогов жителям Эвенкии и Мордовии, в-третьих, с нормальной прибыли кипрских офшоров ЮКОС не должен был платить налоги – фирмы не принадлежат же компании!… При чем тут, вообще, корпоративные цены, в дискуссиях о которых преследуют какие-то свои цели уважаемые «эксперты»?

Что касается дисконта продаваемой за рубеж нефти, «…до 10% и более, стандартных правил здесь не существует», то данную цифру Милов достал так же откуда-то с небес. Как поясняют специалисты, дисконт не только сегодня, а уже длительный период развития мировой экономики составляет не более 0,3 – 0,5 цента на баррель нефти. С 10% дисконтом торгуют только заведомо недобросовестные участники рынка, те, кому надо что-либо отмыть или из-под чего-нибудь уйти. Дисконт делается на качество, запоздание, разного рода форс-мажоры, разные условия отгрузки в разных терминалах. Максимальный дисконт, который удовлетворит любых добросовестных покупателей – 2%. В лучшие времена на тонне можно было получить дисконт в доллар, сегодня – максимум 10 центов. Заниженные цены, по которым ЮКОС продавал нефть и нефтепродукты за рубеж своим же фирмам, нельзя объяснить дисконтом в 8 – 10%. Для этого вместо качественного продукта ЮКОС должен был качать за рубеж пресловутую «скважинную жидкость»…

Анализ глубокоуважаемого эксперта – это отражение хищнического, варварского отношения к отрасли людей еще вчера близких «юкосоподобным». В завершении своей индульгенции Милова уже не держит твердая поверхность. Он пишет, что «Газпрому» предоставлена возможность произвольно устанавливать внутренние расчетные цены на основании пункта 3 статьи 21 действующего в России закона «О газоснабжении». Соль всего материала: «Другими словами, Ходорковского и Лебедева сегодня пытаются осудить на новый долгий срок за то, что «Газпрому» открыто разрешено делать специальным законом».

Здорово у г-на Милова получаются конъюктурные политические выводы на основе «анализа» российского законодательства. Есть только одна поправка. А что, компания ЮКОС, которая позиционируется, как частная, перерегистрировалась в государственную газовую монополию? У частных компаний, есть свои ограничения и преференции, у госмонополий – свои.

«Смехотичное» схематирование

Что касается чудо-схемки, на которой изображено, как нефть, купленная «на скважине» за 45 – 48 долларов проходит долгий путь до европейского рынка, то так нефтяная компания ЮКОС не работала никогда.




Автор этой «шестиполосицы» грамотно не заметил, либо обошел основные технологические моменты. Технология производства предусматривает, что добывающее предприятие производит добычу нефти, ее транспортировку от скважины до накопительного пункта, затем первичную обработку, очистку и, наконец, транспортировку от завода до, обратите внимание, места вреза в магистральный трубопровод. По всем технологическим нормам весь этот процесс обязано провести добывающее предприятие. Почему ЮКОС стал покупать нефть «на скважине»? Да потому что, была необходима самая низкая цена. Если ЮКОС купит ее в месте вреза в магистральный трубопровод, то цена ее будет гораздо выше. Для оправдания сверхзаниженной цены было выдумано понятие «скважинная жидкость». Опытные нефтяники и сегодня не знают, что это такое, поскольку в зависимости от объема содержания в добытом сырье воды, оно носит разные названия. ЮКОС же применял это выдуманное «геологическое понятие» для обоснования своих финансовых выкладок.

Покупая нефть «на скважине», ЮКОС тут же продавал ее «на бумаге» своим многочисленным дочкам, которые выигрывали подставные тендеры на покупку и экспорт. Тем самым ЮКОС тут же избавлялся от «скважинной жидкости». Нефть же в отличие от документации компаний-однодневок никуда не исчезала. Все расходы и издержки по обработке нефти на НПЗ, транспортировке продукта до трубопровода несло само добывающее предприятие. В действительности, расплачиваясь за мутную воду, ЮКОС получал качественно подготовленный, (потому что никому кроме ЮКОСа не нужна «скважинная жидкость»), доставленный к магистральному трубопроводу продукт, с которого он платил налог, как с мутной воды. Подобные схемы, да будет известно уважаемым «экспертам», не использовала ни одна нефтяная компания России. ЮКОС формально отстранялся от процесса по переработке и транспортировке нефти. Контракты заключались с подставными организациями, которые существовали «на бумагах» в десятках российских оффшорах. С этих денег «однодневки» не платили никаких налогов. Так что «экспертам» можно не писать, что стоимость транспортировки составляла 22 – 25 долларов. Что касается, прохождения таможни, дисконтов, реализации конечному потребителю, то мы уже поясняли, как это осуществлялось.

P.S. Избранная сотрудниками Генпрокуратуры методика исчисления уведенных из-под налогообложения ЮКОСом денежных средств, наверное, не идеальна. Говорить о ней можно так же долго, как и о трансфертной цене. Интересно другое. В то время, когда одни доказывают, что были совершены серьезные преступления, другие говорят: «Вы знаете, а давайте не будем ничего считать! Это не ЮКОС должен государству, это государство должно ЮКОСу!». Может быть, в этом случае, господа из самой волшебной в мире компании все-таки смилуются и выдадут россиянам кредит, как некогда поступали по отношению к добывающим предприятиям? Мы ведь отработаем, граждане?! Правда?




Алексей Крутилин, спец. корр. пресс-центра «Приговор»


акционер Group MENATEP. 

председатель правления НК ЮКОС  

Поиск




Агентство Приговор. Мнения Библиотека Хроника .
При полном или частичном использовании материалов ссылка на "Prigovor.Ru" обязательна. ©2015 e-mail: info@prigovor.ru